?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Соловки. Часть 2
fotozerkalo_ru

ДЕНЬ 5.

Сегодня нам предстояла многочасовая экскурсия «три в одном» – лодочный поход, посещение Секирной Горы и Ботанического сада.





До лодочной станции нужно было идти пешком несколько километров по лесу. Вдоль дороги нам попадались подосиновики и белые, но я старалась не смотреть в их сторону ― сегодня у нас была другая задача. Вместе с нами в группе оказался очень полный мужчина, ему пришлось нелегко ― он настолько отстал от всей группы, что для него пришлось вызвать микроавтобус и везти его до самой лодочной станции. Про себя мы его жалели, но помочь ничем не могли. Еще накануне мы заметили его на обзорке по монастырю ― он оказался довольно общительным человеком и рискнул в одиночку приехать в такую даль. На лодочной станции мы расселись по лодкам. Народ уже сбился в компании по несколько человек. Я радостно первая прыгнула в лодку в предвкушении давно забытой гребли и ждала, пока ребята тоже залезут. Но вот незадача : толстячок остался на пристани совсем один и не знал, куда ему пристроиться. Народ в лодках терпеливо молчал и ждал развязки. И она наступила. Добрые мои ребята предложили ему сесть в нашу лодку! Я ничего не имела против этого дядьки, но перспектива затонуть во цвете лет меня совсем не устраивала. Я решила не испытывать судьбу и скромно пересела в другую лодку. Кстати, спас-жилетов нам никто не предложил, а вода была не очень теплая... Бедные ребята! Несмотря на свою молодость и силу, налегая на весла и исходя семью потами, они тем не менее плелись в хвосте нашей лодочной эскадры. Когда я увидела корму их лодки, просевшую почти вровень с уровнем воды, мне немного поплохело.



Я поняла, что сделала правильный выбор, не сев с ними. Дедок в моей лодке оказался супер-гребцом, и вскоре мы оставили позади всех остальных. Мы плыли по малому кругу озерно-канальной системы Соловков.



Есть еще и большой круг, но в наши планы он не входил. Несколько озер соединены между собой узкими, шириной около двух метров каналами. Эти каналы были когда-то выкопаны вручную монахами и трудниками и обложены валунами. Использовались они для транспортировки различных грузов и добытого на другом конце острова зверя. Для прохождения каналов нам выдали рулевое весло, которым надо было с ювелирной точностью отгребать воду, сидя на носу лодки.



Представляю, как тяжело было груженым лодкам проходить эти каналы и сколько неимоверного труда вложено в их создание!

В конце маршрута, на берегу, нас уже ждала свежая уха из трех сортов рыбы и чай из брусничного листа.

После обеда за нами пришел автобус и отвез на Секирную Гору – самую высокую точку Большого Соловецкого острова.



На этой горе находится Вознесенский храм, который в 20-е – 30-е годы прошлого века был превращен в штрафной изолятор для провинившихся узников СЛОНа. Не буду описывать здесь все ужасы, которым подвергались арестанты. Экспозиция в скиту на Секирке представляет из себя несколько стендов с копиями писем заключенных и фотографиями. Максим Горький, на приезд которого многие заключенные возлагали свои надежды и делились с ним ужасами, происходящими на острове, по возвращении на Большую Землю не только не открыл обществу глаза на происходящее, а напротив, восхвалял в газетных статьях «стражей революции» и их дело, не упоминая, правда, об увиденных злодеяниях. Но мир все-таки узнал о происходящем на Соловках благодаря нескольким сбежавшим оттуда за границу узникам, которые написали книги обо всем пережитом.

К подножию горы ведет деревянная лестница в 365 ступеней, по которой арестантов заставляли бегать вверх-вниз с полными ведрами воды – это было для них одним из самых легких испытаний, придуманных надзирателями.


Вознесенский храм является не только бывшим штрафным изолятором, но и единственным в мире храмом-маяком.



Идея использовать храм для спасения мореходов принадлежит русским инокам. Со смотровой площадки Секиро-Вознесенского скита открывается удивительной красоты вид.



И совсем не верится, что в этом тихом, умиротворяющем месте когда-то происходили массовые убийства.

И на Секирной горе, и у ее подножия установлены памятные кресты известным и неизвестным жертвам СЛОНа. Всего за 20 лет существования лагеря здесь было загублено несколько сотен тысяч людей.

Автобус везет нас обратно к поселку. По пути мы заезжаем в Ботанический сад.

Ботанический сад (Макарьевская пустынь), был основан в 1882 г. архимандритом Макарием как место молитвенного уединения. Позднее это место стали называть Хутор Горка, так как часть ландшафта сада занимает Александровская гора. Что же особенного в этом саду? Здесь в разное время ― сначала монахами, а потом и заключенными концлагеря выращивались сотни видов цветов, кустарников, деревьев, овощных и плодовых культур. Причем особую гордость составляли экзотические растения ― арбузы, дыни, виноград, редкие и трудновыращиваемые в условиях севера кустарники, деревья и цветы. Для теплолюбивых растений были устроены оранжереи, которые отапливались благодаря горячей воде с воскобелильного завода, построенного рядом. Сейчас по всему саду тут и там можно увидеть грядки, клумбы, цветники – все ухоженное, красивое и с пояснительными табличками.

На вершине холма до сих пор стоит двухэтажная дача архимандрита, выстроенная еще в середине 19 века из лиственницы.



Бревна изменили свою форму – прогнулись внутрь, потемнели от времени, но дом, как богатырь, стоит уверенно и крепко.

Очень красива центральная аллея, образованная двумя симметричными рядами огромных лиственниц.



Сейчас этот Ботанический сад внесен в Список ботанических садов России как памятник истории и культуры республиканского значения.

Эта шестичасовая экскурсия обошлась нам в 800 рублей с человека.

Вечером Серега с Денисом, по дороге из кафе, познакомились с двумя соловецкими девушками, которые оставили ребят далеко позади по количеству употребленного алкоголя. Узнав, что на следующий день мы собираемся на экскурсию на Заяцкий остров, они сказали ребятам, что там ничего особо интересного нет, и гудели вместе с парнями полночи на кухне, мешая нам с Лехой спать.

ДЕНЬ 6. На 9.30 у нас была заказана экскурсия. Продрав глаза и позавтракав, мы с Лешкой побежали к месту сбора возле экскурсионного бюро. Ребята, как и следовало ожидать, остались дрыхнуть. Оказалось, торопились мы зря – экскурсию перенесли на 6 часов вечера, так как не набралось нужного количества желающих. Мы сначала расстроились, но потом решили прогуляться по окрестностям – не пропадать же драгоценному времени и прекрасной солнечной погоде. Утро было тихое, нежаркое, с ласковым осенним солнышком. На море был отлив, обнаживший прибрежную полосу, на которой мы нашли живую креветку.



Вдалеке, на камнях, живописно расположились три чайки. Я решила подкрасться к ним с фотоаппаратом, осторожно переступая по камням и ежеминутно рискуя упасть в ил. Телеобъектива у меня не было, поэтому я рассчитывала подойти как можно ближе.



Увы, птички были очень осторожны и улетели. Поснимав прибрежные пейзажи в лучах рассветного солнца, мы решили взять велосипеды напрокат. По пути к прокату нам попалось несколько магазинчиков. В одном из них мы купили козули – северные пряники в виде фигурок животных, а в другом – кремы и масла из соловецких водорослей – ламинарии и фукуса.

Велосипеды в прокате имелись на любой вкус – от 60 до 100 рублей/час. Мы выбрали самые дешевые – но не только из-за цены. Я не люблю импортные велики с кучей скоростей и узким сиденьем, поэтому поддержала отечественного производителя. К сожалению, цепь оказалась совсем несмазанной, поэтому приходилось прикладывать тройные усилия, чтобы колеса все-таки крутились. В Центре Гостеприимства нам сказали, что прокатиться можно до дамбы, которая соединяет Большой Соловецкий остров с островом Большая Муксалма. Предупредили, что дорога очень плохая, но нас это только подзадорило. Заехали в квартиру за удочками и – вперед!

То, по чему мы ехали, дорогой назвать сложно. Огромные глубокие лужи, под которыми скрывались камни и густая грязь, подобие обочин шириной сантиметров в 20, глинистые и скользкие, с кустами по бокам, а на полметра ниже ― сама дорога, на которую надо было с этих обочин не упасть.



Но самая жесть – это объездные тропинки, гати – на торфяные болотца были накиданы тонкие березовые жердочки, на которых мы показывали чудеса эквилибристики. Чуть зазеваешься ― и велосипед наполовину уходит в маленькую и с виду безобидную, но бездонную торфяную лужицу, из которой надо было выдирать его нечеловеческими усилиями.



И так все десять километров! Представляю, что творится на этой дороге после дождей. К концу пути у меня уже появились реальные мозоли ― за всю жизнь катания на велосипеде такого не случалось ни разу. Но мы сделали это!

Еще из леса мы услышали шум моря. Открывшийся вид вознаградил нас за мучения! Валунная дамба, около 6 метров шириной, протяженностью около 1,5 км и высотой в несколько метров над уровнем моря огромной змеей уползала вдаль.



В 19 веке ее построили монахи и трудники, засыпав пролив между двумя островами и обложив насыпь огромными валунами. На острове Большая Муксалма была устроена ферма, и там, на благодатных лугах, паслось монастырское стадо.

Лешка решил искупаться. Это была его мечта – искупаться в Белом море. Заплыв был недолгим, так как вода была градусов 8. Потом была очередная безуспешная рыбалка и фотографирование дамбы и валунов во всевозможных ракурсах. На обратном пути мы решили остановиться на чудесном лесном озере, которое просматривалось с дороги.



Сказочно красивое место : раскидистая живописная сосна и камень возле берега, прямо как из сказки про Аленушку. Уходить отсюда не хотелось.



Не верилось, что я наконец-то увидела воочию картинку, которая в детстве встречалась мне только в книжках.

В 6 часов на Тамаринском причале нас уже ждал катер. Около часа пути – и вот мы уже на Большом Заяцком острове. Причалили мы около древней каменной гавани 16 века, куда в те времена могли пройти небольшие суденышки.



Остров год от года поднимался все выше и выше над уровнем моря, суда строились все больших размеров, и гавань осталась лишь напоминанием о тех далеких временах.

Растительность на острове практически как в тундре – взрослые деревья едва достают до колена, много мхов и обилие ягод.



Особенно много вороники ― черной сладковатой водянистой ягоды. Ее плоды здесь достигают огромных размеров, а количество такое, что хоть ведрами собирай. Но приезжают на Заяцкий остров не за этим. А затем, чтобы полюбоваться уникальной деревянной церковью Андрея Первозванного, установленной здесь в начале 18 века по указанию Петра I,



валунной поварней и погребом 16 века, и послушать версии про возникновение на острове каменных лабиринтов. До сих пор среди ученых нет единого мнения об их происхождении, и туристам предлагается высказать свои предположения по этому поводу.



В некоторых местах острова на земле лежат деревянные настилы ― это для того, чтобы не вытаптывать почву. Растениям здесь и так приходится преодолевать много трудностей ― постоянные ветра и бедные почвы замедляют рост и без того крохотных деревьев и кустарников. Противоположный причалу берег тянется вдаль бесконечной чередой камней.



О, эти камни! Большие и маленькие, вертикальные и лежачие, разноцветные от живущих на них лишайников, желтые и красные на закате, голубые, синие и зеленые в сумерках ― на них можно любоваться бесконечно, бесконечно фотографировать, долго прыгать с одного на другой... От них невозможно оторвать глаз, как от горящего пламени и льющейся воды...

Обратно мы возвращались уже в сумерках и были рады, что не послушали соловецких девчонок. Поездка обошлась нам в 500 рублей с человека.

ДЕНЬ 7.

Сегодня мы должны были уезжать с Соловков. Теплоход отходил в 5 вечера, и мы решили совершить еще один велопробег (именно пробег!) на мыс Печак ― самую южную точку Большого Соловецкого острова. Природа на этом мысу примерно такая же, как на Заяцких островах, и мы захотели еще раз полюбоваться на лесотундру. А по пути решили заехать посмотреть на Переговорный камень. К нему тоже водят экскурсии, но мы подумали, что сами сможем его найти. Спросили в экскурсионном бюро, как туда доехать.

Даже место нашли не сразу, не говоря уже о камне. Три километра от нашего жилища – и вот мы уже на берегу моря. Солнце, сильный ветер и сотни камней!



Какой же из них переговорный? Сперва мы бродили, никуда не торопясь, но через полчаса хождений вдоль берега поняли, что можем вообще его не найти. Вот будет обидно! Мы даже не знали, как он выглядит. И вот нам повезло! Леха заприметил лежащую среди камней плоскую плиту с выбитыми на ней полустершимися надписями.



Мы силились хоть что-то прочитать, но безрезультатно – сей древний русский язык был нам непонятен, к тому же слова были едва различимы. Надпись вкратце повествовала о событии 1855 года, когда англичане и французы приплыли к Соловкам требовать от настоятеля монастыря выдачи монастырского стада для питания своих матросов и офицеров. Архимандрит Александр поговорил с ними по-жесткому и коров не выдал. В отместку заграничные вояки украли с острова годовой запас дров.

На этом же берегу мы нашли другой памятный камень, напоминающий о жертвах сталинских репрессий, с высеченными на нем годами существования соловецкого лагеря для заключенных.


Пока мы занимались камнями, прошло довольно много времени, и нам уже реально пришлось поднажать на педали, чтобы успеть на мыс и вернуться обратно до отплытия теплохода. До мыса оставалось еще около 8 км. Сегодняшняя дорога была не такая, как вчерашняя на дамбу, но мне она показалась еще тяжелей. По большей части она была абсолютно сухая, но очень часто попадались пески, в которых велосипед просто застревал.



Дорога «туда» практически все время шла в горку, неоднократно попадались каменистые участки, которые невозможно было объехать.



Временами мне казалось, что я передвигаюсь на кучке дребезжащего металлолома, подпрыгивая вместе с ней и слетая с седла. Как велосипед вынес все это, мне было непонятно. Наверное, у него выработался иммунитет к соловецким дорогам. Местами встречались и топкие участки, как по дороге на дамбу – но мы к ним уже более-менее приноровились. При всем при этом нам приходилось гнать изо всех сил. Я думала, у меня сердце выпрыгнет от таких неимоверных усилий. Постепенно растительность становилась все ниже и ниже, деревья сменялись кустарниками и высокорослыми чернично-брусничными зарослями. И вот долгожданный шум моря. Постояв на ветру минут 5 и полюбовавшись на волны, мы решили немного вернуться обратно и устроить короткий привал – без него нечего было и думать про обратную дорогу. Положили велики, прилегли под кусточек. Но через несколько минут решили все-таки чуть-чуть углубиться в ягодные заросли. И не зря! Кол-во и размер черники и голубики захватил все наше внимание. Мы засели здесь и стали жадно набивать рты ягодами. А потом увидели подосиновики. Их было приличное количество, тем более для такой жаркой погоды. Почти все они были молоденькие, как на подбор; крепкие, червивых ― единицы. Мы забыли обо всем на свете и собирали и то, и другое. А потом вдруг поняли, что немножечко … заблудились. Дорогу, слава Богу, нашли почти сразу, а вот велосипеды... Когда мы пошли за ягодами, шестое чувство (или опыт) подсказали мне, что велосипеды нужно оставить на дороге на видном месте. Я так и сделала. Но теперь мы не могли найти это самое место! Мы носились вдвоем взад-вперед по дороге, пока не догадались разделиться и пойти в разные стороны. Велосипеды нашла я, причем на очень приличном расстоянии и совершенно не в той стороне, где предполагала. Вместо привала получилась беготня, которая прилично нас утомила. Но впечатление от окружающей нас природы и обилия ее даров оказалось сильнее усталости. Уезжать отсюда совершенно не хотелось. Отсутствие людей на всем пути на Печак, нетронутые ягодники и грибные полянки, мягкий ковер из мха, тишина – все это дало нам иллюзию какого-то первобытного единения с природой, по которому так соскучились городские люди вроде нас. Очень хотелось впитать все это и увезти с собой. Человеческая память и фотографии – это все, что останется с нами навсегда...

Когда мы вернулись в поселок, оказалось, что Денис с Серегой в наше отсутствие решили съездить на велосипедах на Муксалминскую дамбу (ее еще называют Каменный Мост), впечатленные нашим вчерашним рассказом. Но им не повезло. Преодолев все препятствия, которые мы преодолевали вчера, они все-таки не доехали до дамбы. Они уже услышали шум моря, но, взглянув на часы, поняли, что не успеют вовремя вернуться обратно. Как им было обидно! Преодолеть 10км бездорожья в один конец и столько же в другой и не увидеть того, что было уже так близко!

Вернувшись в поселок и наспех собрав вещи, мы побежали на причал.



Я бежала впереди всех, почти налегке, чтобы успеть тормознуть теплоход, если он вдруг решит отплыть без нас. На причале мы встретили нашего экскурсовода Женю – от уплывал к себе домой, в Архангельск. Мы тепло попрощались с ним и долго махали друг другу руками с наших теплоходов, стоящих рядом. Увидимся ли мы когда-нибудь?

Отплывали мы опять под крики чаек.



Я попросила Лешу принести фотик-мыльницу, чтобы снять видюшку про них. Леши не было долго. Пришел без фотика – не смог найти в куче вещей. Было очень обидно, так как полет и плач чаек был неподражаем. Мне казалось, что это они так прощаются с нами и сожалеют о нашем отъезде.

Погода испортилась. Поднялись большие волны и стали перехлестывать через палубу. Теплоход накренялся в разные стороны, многие вспоминали маму и хватались за поручни. Я решила пойти на нижнюю закрытую палубу, где сидели ребята с вещами. Но не тут-то было. По мере моего продвижения вниз тошнота накатила с такой силой, что я просто выбежала обратно. Таблетки от укачивания остались с вещами, и вся надежда у меня была только на то, что Леша хватится меня и выйдет наверх, а я попрошу его принести мне таблетки и теплые перчатки. Но Леша, как потом оказалось, заснул... Два часа я стояла на узкой ступеньке лестницы, ведущей на самую верхнюю палубу, вцепившись в ледяной поручень, продуваемая холодным ветром и борясь с тошнотой. Только пять самых отважных чаек рискнули продолжить путь вместе с нами, но и они не могли отвлечь меня от ужасных ощущений.

На ночевку мы опять остановились в туркомплексе «Причал». Перерыли все вещи и поняли, что маленький фотик остался на Соловках! У меня не было слов, чтобы описать свои чувства в тот момент. Нам повезло, что Олег оказался порядочным человеком и передал наш фотик через своих следующих жильцов-москвичей. Но понервничали мы все-таки прилично.

ДЕНЬ 8-12.

Рано утром мы собрались в обратный путь. На протяжении километров двухсот от Кеми нам попалась только пара заправок. Населеных пунктов по дороге тоже практически не было, как и машин, только лес да лес. Дорожное покрытие на этом отрезке пути (да и практически по всей трассе) очень хорошее, Москва бы обзавидовалась. Правда, мы все-таки попали в пробку и простояли в ней два часа – дорога была перегорожена подъемным краном, который пытался вытащить здоровенную фуру из кювета. Фура пролежала там больше недели, и почему-то только сейчас ее решили достать.

Я поняла, что заболела – холодный ветер на теплоходе сделал свое дело.

К вечеру мы приехали на турбазу «Лесное озеро», на которой, как я упоминала в начале рассказа, мы решили провести несколько деньков.



Мы взяли трехместный номер с дополнительной раскладушкой в большом бревенчатом гостевом доме за 1,5 тысячи/сутки. Дом очень благоустроенный – есть и душевые, и стиральная машина, и здоровенный телевизор в небольшой столовой, и даже телескоп на крыльце. Питание можно было заказать повару, что мы и делали иногда. На территории есть вольер с сытыми и очень симпатичными разноцветными кроликами.

Нам повезло – на турбазе было всего несколько человек, и то они жили в маленьких коттеджах, поэтому большой дом был практически целиком в нашем распоряжении. Утром ребята шли на рыбалку, ловили щучек, которых коптили потом во взятой из Москвы коптильне.





Днем мы шли в ближайший лес за грибами или переправлялись на моторке на другой берег и собирали бруснику. Сходили с ума от жары и обилия комаров и мошек, а меня кроме этого мучил жестокий насморк. Разглядывали гадюк, пригревшихся на корягах среди брусничника, жгли костер и кипятили чай. Вечером отправлялись на моторке обратно на турбазу и до ночи перебирали и обрабатывали дары природы.

Через несколько дней пребывания на турбазе нам пришлось уехать, так как отпуск подошел к концу. К тому же приехала целая компания молодых людей с детьми, и мы поняли, что нам пора. Пора возвращаться в Москву, а так не хотелось уезжать из этого прекрасного края. Но мы ни в коем случае не прощаемся с тобой, Карелия!


  • 1
Рассказ интереснейший, автор тоже симпатичный.
Спасибо!

И Вам спасибо, что прочитали :)

maks

(Anonymous)
Было интересно читать Ваш рассказ о Соловках, хорошие фото. Спасибо! P.S.=Соловки - это Архангельская область :)

спасибо :) а я где-то писала , что Соловки - не Арх область? :))

  • 1